Буря. Театр Пушкина

“Бурей” Москву должно было накрыть ещё в конце прошлого сезона. Но что-то пошло не так. По слухам, очень уж острой получилась первоначальная версия, так что самые бурные моменты пришлось переделывать.
Но есть другая версия, официальная. Спектакль был просто не готов. Но в такую скучищу кто ж поверит?
Сторонникам теории заговоров во втором акте будет где разгуляться.

“Буря” серым сцену кроет…
Очень узнаваемым серым – это оттенок и фактура коридоров компьютерных игр – бродилок про заброшенные лаборатории да квестов в стиле Syberia от Сокаля. Да, у меня скил – я геймер со стажем. На “Буре” это было не лишним.

Николай Рощин смешивает разные времена и эпохи – что возможно в театре (но нужны доводы) или… в компьютерной игре.
Черная магия в пульте управления (пик-пик), сейф с кодовым замком, системы слежения и средневековые рыцари в латах. В этой виртуальной реальности чернокнижник Просперо с его волшебными гаджетами – обыкновенный читер. Узурпатор и мстительный самодур, захвативший изумрудный город волшебный остров, поработавший аборигенов, не вызывающий симпатии.

Первый акт – это Шекспир, как если бы “Бурю” вначале выпустили в виде компьютерной игры, а потом эту игру поставили в театре. Длинноват – больше полутора часов, ну а такие квесты короткими и не бывают. Зато вся “Буря” сразу, хоть и с сокращениями.

Николай Рощин заставляет зрителя симпатизировать аборигенам. Жаль Ариэля, духа на посылках, которого старый мстительный чернокнижник всё обещает отпустить, вот ещё поручение, а там и ещё одно. Потом, потом… Александра Урсуляк в образе андрогинного существа в свободном строгом костюме с сигаретой в зубах похожа и на Тильду Суинтон, и на Шуи Та злого брата из “Доброго человека”, которого она столько лет играла. И как эффектно перерождение раба – в небесного мстителя.

И совсем неожиданно вызывает симпатию Калибан на квадроцикле. Несуразный, сверкающий нечеловечески черными глазами, но не чудовище. Он – существо, живущее инстинктами и берущее всё, что захочет. У Александра Матросова Калибан вдруг оказывается обаятельным.

После антракта случается то, чего ради и ставился этот спектакль. Прелесть компьютерной игры в том, что ее можно перепройти, подкрутив настройки или заглянув в прохождение.
И вот Ариэль отпускает вожжи и отказывается выполнять приказы Просперо. Лужи крови, трупы, оторванные конечности и говорящая голова в холодильнике – Рощин включает Тарантино и одновременно заводит со зрителем разговор о совести, мести, добре и зле. И выводы, к которым режиссер подводит зрителя совсем не утешительны. Но здесь уж без претензий. Какой мир – такие и выводы.