Появление этого здания на Тургеневской площади в 2005 году вызвало бурные споры. Одни называли (и продолжают) его самым ужасным сооружением Москвы. Другие напоминают, что Эйфелева башня поначалу тоже, мягко говоря, не нравилась французам. Кто-то пожимает плечами и констатирует: “Зато выделяется!”
На самом деле, цели похейтить Москву у Калягина, конечно, не было. Александр Александрович просто хотел театр. Яркий. Необычный. Свой. Заслужил.
Я собрала по разным сайтам подробности той истории и кратенько ее перескажу.
Началось всё с того, что Сан Саныч съездил в Барселону. И увидел театр Лиуре архитектора Мануэля Нуньес-Яновского. Эклектика, колонны, наличники, розовый гранит. Не архитектура – спектакль в камне! И Калягин захотел такой же.
Даже фотографии сделал, чтобы здесь объяснять, как надо. Но попросил добавить больше красоты. Ну там окошки в разных стилях – готическом и русском. И ещё арочку, как у Палладио.
Еще в процессе бумажного строительства Калягина предупреждали – китч получается. Но он был неумолим. Скучновато! Добавим окна в готическом стиле и пусть на глухой стене! А внутренние интерьеры давно нарисовали театральные художники по описаниям Калягина. Вот был сюрприииз для архитекторов! Кстати, амфитеатра вообще не планировалось. Он построился случайно. Нужно было как-то в подземный гараж заезжать. А козырек над парковкой стал амфитеатром.
В проект Et Cetera по требованию заказчика так часто вносили изменения, что здание оказалось страшно далеко от проекта. Курировавший его архитектор Александр Великанов просто отказался от авторства. Сказал стыдно, что подумают, это он напроектировал.
Внутри Калягин все устроил по собственному актерскому разумению. Так что подходить к Еt Cetera с архитектурными критериями нет смысла.
Et Cetera – не просто театр. Спектакль!
Кресла партера «сблокированы» в несколько разностильных групп: блок «мольеровских», блок стиля модерн — черных, с золочеными фрагментами, блок «гамбсовских» — витиеватых с полосатой или узорной гобеленовой обивкой, блок по-английски строгих и т.д.
Балконы и ложи левой стороны не похожи на своих «коллег» с правой стороны.
Даже бельэтаж разделен Царской ложей на две неравные половины, и последние тоже отличаются друг от друга.
А на самом верху, на галерке, вместо стульев — шекспировские лавки.
Роскошная хрустальная люстра, очертаниями напоминающая вид сверху на лежащие наручные часы с браслетом, при нас была как бы «прилеплена» к потолку. Однако при желании может опускаться вниз на тросах.
Газета “Культура” за 2005 год
Но если весь мир – театр, то уж театральное здание точно является декорацией. Может и прав Калягин…
Больше в телеграмм-канале.
