Старый дом
Режиссер - Владимир Панков
ЦДР на Соколе
Премьера
5 сентября 2017
Продолжительность
3 ч 20 мин с одним антрактом
Как, живя в Химках, можно было так долго объезжать стороной ЦДР с его сценой на Соколе? Тем более, что первый опыт – “Загнанных лошадей пристреливают…” был весьма удачным. Теперь “Старый дом” – и снова в яблочко.
Важный факт
“Старый дом” – пьеса Алексея Казанцева, одного из основателей Центра Режиссуры и Драматургии. Им он и руководил до 2007 года, до своей смерти. Спектакль – в том числе и дань памяти Алексею Казанцеву.
Это история одного московского дома. Когда-то в нем побывал Лев Толстой. “Вот зачем я вам это говорю?” – с тоской спрашивает себя одна из его сегодняшних обитательниц, интеллигентка Юлия Михайловна. В советское время дворянское гнездо превратилось в рассадник коммуналок. Большинству его обитателей на Льва Николаевича фиолетово, им бы выпить, закусить и отличившихся на партсобрании пропесочить.
В этом доме нет своей территории – только общая. Нет прав – только обязанности. Здесь среди вечного гула и кружевных скатертей, стука без конца хлопающих дверей и стрекотания печатной машинки, среди скрипа рассохшихся половиц и звона трехлитровых бутылок возникает любовь. Первая, хрупкая.
Она – Саша, дочь быдловатого пролетария, мечтает стать
актрисой. Он – Олег, сын интеллигентов, играет в шахматы и собирается поступать на физфак. Что может помешать им быть вместе? Всё! Начиная от недовольства родителей -“непара” до внезапного влечения у Олега ко взрослой соседке. Вечна ли первая любовь? Та самая, о которой пел Шарль Азнавур? А что случится с этой вечной любовью через 12 лет?
От постановки Владимира Панкова щемит сердце. Наверное, все дело в том, что спектакль гораздо больше, чем история одного старого дома. Это жизнь целой коммунальной страны. Страны Советов. Здесь говорят все одновременно и обо всем сразу, а прошлое встречается с будущим, но повлиять на минувшее не может. Главные герои – Саша и Олег – и их двойники на 12 лет старше – ищут и не находят взаимопонимания. Вновь и вновь. Как и их родители. Как и их дети. Есть ли шанс разорвать этот круг непонимания?
Пронзительная тоска по ушедшей молодости, по несложившейся жизни, по всеобщей нелюбви. Здесь же никто никого не любит. А жизнь проходит, как будто и не жил. Но Панков оставляет надежду. Вопреки… Поэтому наравне с “Вечной любовью” звучит и “Надежды маленький оркестр” Булата Окуджавы.
«Для меня обращение к пьесе Казанцева – это возвращение к мелодраме в театре, возвращение романтического начала, которого сегодня так стесняются в искусстве».
Владимир Панков, режиссер
Но финал даже слишком мелодраматичный. В пьесе-то все более жизненно и безнадежно, а на сцене в тулупах и с мётлами да под живую музыку “надежды маленькой оркестрик…”
Прекрасные актерские работы. И нежная, заботливая, растворившаяся в мужчинах Елена Шанина. Елена Яковлева, рисующая образ роковой интеллигентной старой девы уголками губ, полувзмахом ресниц, скользнувшей по щеке слезой. И по-прежнему орёл и интеллигент Андрей Заводюк. И ужасно обаятельный Павел Акимкин. И прима ЦДР, тоненькая, на нерве, с сильным голосом Анастасия Сычева. А какого суетливого, пронырливого и ужасно мерзкого Петра Кузьмича сыграл Антон Пахомов! Все хороши!
Знаю, что не всем нравится спектакль. На вчерашнем показе в антракте ушли человек 5. Но он прогулялся аккурат по моим болевым точкам и детским советским воспоминаниям. Щемило сердце, перехватывало горло, в глазах стояли слезы, а после… После так захотелось жить!
Это зал-трансформер. Длиииинная сцена. Настолько длинная, что если сидишь с краю, не всегда слышишь то, что происходит на другом конце сцены. А играют без микрофонов. 4 ряда, в среднем по 40 мест в каждом. Стулья простые, но достаточно удобные. Эргономичные. Почитайте наклейки с обратной стороны) У меня был ряд 1, место 8. Ещё дальше к краю не надо. Лучше центрее. И да, первый ряд – the best.
Больше в телеграмм-канале.
