Вадик поёт свою музыку

“Вадика” в афишу ставят редко и билеты на этот спектакль раскупают совсем не в ритме малых сцен РАМТа. Свой я купила за пару дней до показа и были ещё. Да и в голове толкались воспоминания об откровенно неудачной постановке этой же пьесы в театре Шалом.
Так себе вводные. Но в итоге я ни о чем не пожалела. Наоборот.

Но именно в трактовке Евгения Закирова очень странная пьеса Полины Коротыч – сокращенная и местами переписанная – засверкала гранями разума, а поступки и мысли героев получили логичное, хоть и трагичное, объяснение. Как тот манекен из тележки в Икее, раздетый и заново одетый в совсем другие вещи.

По сюжету, Вадик – подросток уходит из дома, чтобы играть свою музыку. Читай – жить без оглядки на взрослых. И – как в сказке – находит заброшенную Икею, в которой есть всё необходимое для жизни – электричество, мебель, техника, куча полезных и не очень прибамбасов и даже замороженные пельмени. А в Икее уже живёт странная, но очень обаятельная девочка Света, у которой “дома стало душно”.

Компанию Вадику составляют его друзья – Кот и Синица. Точнее, кот 🐈 и синица🪶. Птичкой скачет Антонина Писарева – хрупкая девочка в красной кожаной куртке, с кокетливыми ленточками и хвостиками в волосах и черной балетной пачке, совсем не похожая на синичку. Она хочет танцевать свой танец, а может просто мечтать о нем?
Стремительный, дерзкий и в то же время вальяжный Кот (Николай Угрюмов) умело завоевывает сердца.
И вчетвером они строят в Икее свой город. Свой Эльдорадо. Это то, что на поверхности.

Но через эту, ярко нафантазированную историю, пробивается реальность, от которой хочется убежать. Вот актеры с фонариками и фотографией спрашивают зрителей “не видели ли вы этого мальчика?” А на снимке – Вадик. А вот сам Вадик решает починить сломавшееся электричество и его бьёт током. Вот подросток собирается вернуться к маме – но к дому от Икеи не ведёт ни одной дороги, а когда путь находится – за дверью квартиры оказывается глухая кирпичная стена. А дорога приводит на кладбище, где белый каменный ангел в молитве сложил руки.
Update. Пояснительная бригада для тех кто смотрел, но не понял. Так бывает. Не читайте скрытый текст, если хотите сложить пазл сами. Режиссер отталкивается от того, что дети не могут быть просто так потеряны. У Вадика – трагедия. Мама умерла. И всё остальное – реакция ребенка на стресс. Выдуманные друзья, бегство из дома. Поэтому из Икеи нет дороги домой. Дома у Вадика больше нет.

Из Владимира Зоммерфельда вышел отличный Вадик (в меру страшный и с волосатыми ногами. Я не обзываюсь – цитирую:) По виду – деятельный и уверенный в себе. Но за рифмованными строчками и широкими улыбками прячется подросток, у которого выбили почву из-под ног. И по-родительски страшно, что поддержку он находит только у другого, тоже потерянного, ребенка.

Режиссер выводит на сцену и неожиданного героя, которого нет в пьесе. В красной балаклаве на голове, в черных перчатках и белом пиджаке героев ведёт Злой Рок (хотя судьба было бы точнее), снимая с подростков ответственность за любые поступки.

Спектакль, который начинается как абсурд, заканчивается ещё более странно. Встречей, которой быть не должно, но которая не могла не случиться. А в целом, это история, от которой у меня закоротило мозг и защемило сердце.
Спектакль непростой и лучше всего подойдёт еще юным и уже не очень зрителям, готовым к экспериментам. И с формой, и с содержанием.